Детский доктор

Добрый ангел

Недавно исполнилось сорок дней, как оборвался жизненный путь Марии Михайловны Пашкевич, заслуженного врача РСФСР, кавалера ордена Трудового Красного Знамени, ветерана труда, старейшего и первого педиатра Павловского района.

Марии Михайловны ПашкевичПочти полвека жизни эта женщина отдала детской медицине. Спасла тысячи жизней. Многие её пациенты уже стали пенсионерами, бабушками и дедушками, но до сих пор помнят свою волшебную спасительницу. Среди них и я.

В детстве часто болела. Мария Михайловна вошла в мою жизнь добрым ангелом. Порой вспоминаю себя на больничной койке. Рядом – встревоженные отец и мать. На мой лоб ложится прохладная рука врача. Ее высочайший профессионализм и душевная теплота дарили мне радость выздоровления. И так было не раз.

Болели и мои дети. И снова я обращалась за помощью к любимому доктору. И не только я. Врач никогда и никому не отказывала в помощи.

Беседа в скромном доме

Кажется, совсем недавно я писала статью о ней. Приходила к ней в гости, мы беседовали, многое вспоминали. С тех пор прошло семнадцать лет. И вот её не стало. Редакция попросила меня написать об этой удивительной женщине. И задание совпало с зовом моего сердца. Договорившись о встрече, отправилась к родным Марии Михайловны. Знакомый дом с тремя окнами, выходящими на улицу Горького (недалеко от спорткомплекса). Аккуратный, небольшой, образца 60-х годов. Мимо него я часто ходила на работу.

Меня радушно встретила у калитки Ольга Николаевна Пашкевич, невестка умершей. Навстречу вышел и сын – Игорь Владимирович. Теперь они живут здесь. Перебрались, когда мама заболела, ухаживали за ней денно и нощно. И вот я сижу с гостеприимными хозяевами в гостиной за знакомым мне круглым столом. Мне принесли и выложили на стол уйму фотографий, а также книги, в которых рассказывается о знаменитых земляках, в том числе и о М.М. Пашкевич (В. Кукса «Павловская», еще одна, юбилейная – «Наша малая родина. Ст. Павловская. 1822-2002 гг.»).

То и дело мы поднимаемся и рассматриваем настенные фотографии. Вот Мария Михайловна в окружении родных на праздновании своего 90-летия, вот она рядышком с правнуками, на другом снимке – сотрудники больницы поздравляют её с юбилеем. Видела я и фотоколлаж, в центре хозяйка дома, вокруг неё дети, внуки, правнуки – её любовь и гордость!

Бедовая девчонка

Родилась Мария Михайловна                     2 февраля 1925 года в станице Челбасской Каневского района в семье простых тружеников, потомков запорожских казаков – Михаила Петровича и Улиты Семеновны Пивень. Отец был казачьим есаулом, в молодости служил в Зимнем дворце разводящим караулов. В годы Гражданской войны перешел на сторону красных. Мама была набожным человеком.

Родители работали в колхозе от зари до зари. В семье – пятеро детей. Маша – единственная дочь. Остальные сыновья – Петр, Василий, Сергей, Николай. В свои 10 лет девочка и хлеб пекла, и корову доила, и полола грядки, и шила вместе с мамой одежду для братьев. Росла умной, весёлой, бедовой. Глядя на свою любимицу, услужливую и расторопную, отец часто повторял: «Быть тебе врачом, дочка». Но не дожил до этого дня Михаил Петрович – умер, когда Маше исполнилось 12 лет. Девочка училась в школе лучше всех, участвовала в художественной самодеятельности. В 1944 году Мария окончила десятилетку с золотой медалью.

Трудное было время. Край лежал в руинах. На фронте погибли два брата – Сергей и Василий. Вернулся с войны домой весь израненный и вскоре умер Николай. Маше очень хотелось учиться дальше. Но что скажет мать? Трудно было ей без мужа тянуть хозяйство. Но Улита Семеновна решила выучить дочь.

Поехала девушка в Краснодар. В мединститут поступила случайно (в сельхозинституте не приняли документы – не было мест). О будущей специализации  долго не раздумывала. Твердо решила стать детским врачом. Диплом получила с отличием.

Единственная              на район

07-03-2017_15В нашу станицу Мария Михайловна приехала в 1952 году. Муж, Василий Гаврилович Деркач, участник войны, стал работать инженером на элеваторе, а Марию Михайловну взяли в местном рай­здраве на должность педиатра. На весь район до неё не было ни одного детского врача.

Трудно неимоверно. Свирепствовали скарлатина, корь, коклюш. На день приходилось до ста вызовов. Часто ходила к больным детям пешком (не хватало транспорта). Бездорожье, грязь, глубокие лужи. Порой набирала полные сапоги воды, выливала ее и снова шла.

Люди жили бедно. Дети спали на соломе, грудничков пеленали в тряпки. Смертность была высокой. На вызовы к детям врача поднимали и ночью. Мария Михайловна никогда и никому не отказала в помощи. Её всегда поддерживал муж Василий Гаврилович: «Надо, Маша, так надо. Иди. Это святое дело!».

В 1957 году Василий Гаврилович умер, а Мария Михайловна осталась одна с двумя детьми – Таней и Серёжей. Жилось трудно. Продуктов не хватало. В магазинах не продавали детскую одежду. Пригодились навыки шитья. Детей Мария Михайловна при всей занятости на работе обшивала сама.

Вскоре молодого врача избрали депутатом районного Совета. Сколько сил и стараний приложила она, выполняя эту общественную работу: добивалась открытия детсадов и яслей в станицах и финансирования строящегося роддома. В новом здании тогда разместили всё сразу: и роддом, и детскую консультацию, и детское отделение. Заведующей назначили Марию Михайловну. Отсутствовали реанимационные аппараты, не было детских врачей узких специальностей. Выхаживала грудничков сама: и спинно-мозговые пункции делала, и инъекции – спасала малышей как могла. Трудностей в жизни хватало. Откуда только силы брала?

Второе замужество было недолгим. Родился третий ребенок – Игорь. А муж, Владимир Никифорович Пашкевич, также бывший фронтовик, тяжело заболел. Шесть лет был прикован к постели. Она сама ухаживала за ним, потом он умер. И снова надо было взять себя в руки, чтобы не раскиснуть. Любимую работу не оставила. Ей приходилось каждый день вставать в 4 часа утра. Делала зарядку, стирала, готовила еду. Игорька помогла вынянчить старшая дочь Таня. Дети стали опорой. Учились хорошо, помогали по хозяйству.

В больнице всё налаживалось. Со своими помощниками, фельдшерами, М.М. Пашкевич пропагандировала среди населения здоровый образ жизни. По её инициативе в детской консультации устраивались праздники для «годовичков» и их мам с фотографированием, лекциями, подарками.

Любили как маму

Работа педиатра очень трудная: маленький ребенок, а если еще он грудной, не может рассказать, что у него болит. Всё зависит от опыта и умения врача и от маминой заботы. А мамы бывают разными: и радивыми, и нерадивыми. Мария Михайловна вела с ними разъяснительные беседы и ласковые, и строгие. С хуторяночками могла задушевно поговорить на одном языке – по-хохляцки. Понимали друг друга хорошо. Некоторым мамам доктор давала свои деньги: кому на пелёнки, кому на детское питание.

Авторитет у М.М. Пашкевич был высоким. В 1964 году её избрали делегатом от Кубани на второй Всесоюзный съезд врачей-педиатров, который проходил в Ленинграде.

Свой опыт Мария Михайловна передала другим педиатрам – Татьяне Григорьевне Бондаренко, Светлане Николаевне Суворовой, Елене Николаевне Трофимец.  Последняя – родственница врачу. Она – родная сестра Ольги Николаевны Пашкевич, невестки Марии Михайловны. На мой вопрос, какую роль сыграла в её жизни Мария Пашкевич, Елена Николаевна, врач высшей категории, заведующая детским отделением павловской  ЦРБ, сказала:

– Мария Михайловна очень любила свою работу, отдавалась ей целиком. Умело лечила детей, всегда подавала надежду выздоровления. Несмотря на трудные обстоятельства, оставалась жизнелюбом. Оставила добрую память о себе в трудовом коллективе. А мне помогла с выбором профессии.

Уйдя на заслуженный отдых, Мария Михайловна никогда не сидела без дела: помогала детям и внукам вареньями и соленьями. Старшие дети часто приезжали, звали к себе переехать, но она не соглашалась – привыкла к Павловской. Все здесь родное: каждый дом, улица, близкие лица…

Как-то Марию Михайловну встретила у входа в рынок знакомая станичница, и рядом с ней шли взрослые сыновья-близнецы. Увидев Пашкевич, женщина воскликнула: «Падайте вниз, хлопцы, кланяйтесь, вот ваша вторая мама, которая спасла вас от смерти…».

«Вся жизнь моя, счастье мое – в детях», – любила повторять Мария Михайловна. И это так. Они окружали её повсюду: и чужие, и свои.

Семейный очаг

У Марии Михайловны трое детей, пятеро внуков и шестеро правнуков. Все достойные люди. Старшая дочь, Татьяна Васильевна Береза, по профессии химик, раньше работала в министерстве текстильной промышленности. Сейчас на пенсии, но продолжает трудиться начальником отдела по связям с общественностью на одном из оборонительных заводов в Московской области.

Сын, Сергей Васильевич Деркач, генерал, до ухода на заслуженный отдых, работал начальником налоговой инспекции по г. Крапоткину и по Кавказскому району нашего края. Проживает в Краснодаре.

Самый младший, Игорь Владимирович Пашкевич, мой собеседник, очень внешне похожий на маму, окончил военное училище, был командиром роты в Загорске. Потом переехал с семьей в родную станицу. Трудился сначала в налоговой инспекции Павловского района, был  советником III ранга, потом – заведовал отделением в центре госсанэпидемнадзора. Службу оставил, когда мама тяжело заболела. Вместе с супругой, Ольгой Николаевной, врачом-бактериологом, перебрались к маме и ухаживали за ней до самой смерти.

Супруги рассказали мне о внуках Марии Михайловны. Среди них – ученые, банковские работники, юристы. Все достойные люди. Ольга Николаевна и Игорь Владимирович показали домашнее видео о праздновании 90-летия Марии Михайловны и отрывок стихотворения, которое написала любимая внучка Таня, дочь моих собеседников.

С большой теплотой, порой перебивая друг друга, супруги говорили о маме:

– Меня Мария Михайловна  называла дочкой, я и моя сестра Лена рано остались без мамы, – делится Ольга Николаевна, – свекровь всегда меня жалела. Мы чувствовали друг друга душой. Вместе готовили обеды, делали зарядку, вели задушевные беседы. Она стала для меня родным человеком. А как она заботилась о нас, о внуках и правнуках! Никого не выпускала из-за стола, не накормив. Была мастерицей на все руки! Шила, вышивала, вязала, играла на семиструнной гитаре, водила сама машину. Всегда оставалась жизнерадостной, подтянутой. Интересовалась политикой. Читала газеты, любила слушать по радио писателя Веллера. Всех нас при­учила следить за своим здоровьем, правильно питаться.

А вот что вспомнил Игорь Владимирович, младший сын:

– Никто из детей и внуков не стал врачом, но мама научила нас себя лечить. Я, например, от неё узнал, как можно распознать аппендицит. И это мне помогло на военной службе. Наша мама всегда оставалась врачом в любой ситуации. Однажды, будучи уже на пенсии, она вышла на улицу и увидела на остановке упавшую женщину. Привела её домой, перевязала раны, помогла  незнакомке на транспорте добраться домой. Маму все уважали. Сходить за хлебом с ней – это два часа. Все её узнавали, останавливали, благодарили. Она была доступна для каждого. Никому не отказывала в совете, помощи. Часто приходили проведывать маму высокий мужчина, солидный, крепкий, и женщина зрелого возраста. От мамы я узнал, что эти люди родились недоношенными: мужчина – 800 граммов, а женщина – 600! И мама выходила их. Хотя в то время не было перинатального оборудования. Приходили в наш дом и мамочки с детьми. А после их ухода она находила оставленные деньги, сразу же заставляла меня отвозить их этим людям.

 

…Хмурые зимние дни скоро сменятся яркой весною.  И зацветет раскидистый куст сирени у калитки дома, где жила доктор. Громче защебечут птицы. А мимо все также будут спешить взрослые на работу, а ребятишки – в школу.  Но в людской памяти, в памяти пациентов, сослуживцев, друзей, родных и близких людей,  всегда будет жить светлый образ прекрасного врача и человека, которым гордится район, гордится Кубань.

Е. Филобок.

Хотите быть в курсе всех новостей? Получайте обновления прямо в свой почтовый ящик! Это просто!

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*