Век минул с тех страшных событий

Незамаевские поминовения Ейского отдела Кубанского казачьего войска состоялись 2 мая.

30 апреля (4 мая) 1918 года в конце Страстной седмицы в станичный храм, где совершалось богослужение, ворвался отряд красноармейцев. Священник Иоанн Пригоровский был арестован и выведен на площадь перед храмом. Отца Иоанна жестоко избили, изуродовали ему лицо и, окровавленного и едва живого, вытащили за околицу и здесь зверски убили, запретив жителям его хоронить… В начале 2000-х Пригоровский был причислен к лику святых новомучеников.

Но не только это скорбное событие вспоминают незамаевцы, но и славных земляков, сложивших головы за Отчизну. Среди них и дворянский род Гулыг, и кавалер ордена Славы Николай Дейнега, и казаки, погибшие под станицей Егорлыкской в 1919 году. Вспоминают и страшную дату – 24 ноября 1932 года, когда бюро крайкома занесло на «черную доску» Незамаевскую,   и голодомор 1932-1933 годов.

Итак, 2 мая делегация Ейского отдела во главе с первым заместителем атамана Василием Бережным, казаки Всевеликого войска Донского, казачата и ученики СШ № 14 им. В.И. Муравленко, жители и гости станицы собрались, чтобы отдать дань героям незамаевской земли. На мероприятие прибыл иерей Сергий Вайда, который с панихиды и начал поминовения.

О беспощадной и несправедливой Гражданской войне, о воспитании молодёжи на примерах прошлого говорил Василий Бережной. О патриотизме, неравнодушных незамаевцах и жителях района напомнили депутат ЗСК Краснодарского края Жанна Беловол и заместитель главы Павловского района Вячеслав Албитов.

Рассказали о предках атаман хуторского казачьего общества «Прикубанскй курень» (г. Краснодар) Василий Прохоренко и Владимир Крутченский, внук священника Иоанна Крутченского, который служил вместе с Иоанном Пригоровским.

Краевед Алина Бессчётнова напомнила о плеяде героев, которых чтут незамаевцы, и поблагодарила всех за память. Выступила руководитель клуба творческой интеллигенции «Костёр» Лариса Шехватова. Знать историю, не допустить братоубийства на кубанской земле, чтить предков попросили представители Войска Донского.

В завершение казаки, жители станицы возложили венки и цветы к мемориалу. А потом все подпевали павловскому образцовому фольклорному казачьему ансамблю «Радуга», участники которого входят в Союз казачьей молодёжи Кубани, и местным вокальным коллективам. Представители Павловского, Крыловского, Кущевского, Староминского, Каневского, Уманского, Ейского и Щербиновского обществ прошли парадным строем.

После торжественной части хозяева, а это незамаевский атаман Виктор Донец, глава сельского поселения Сергей Левченко и районный атаман Николай Смирнов, пригласили по православной традиции присоединиться к поминальной трапезе.

Хотите быть в курсе всех новостей? Получайте обновления прямо в свой почтовый ящик! Это просто!
Подписаться на RSS комментариев к этой записи

9 Комментария

  1. Всего с 4 ноября 1932 г. до начала 1933 г. на черную доску согласно постановлениям Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) было занесено тринадцать кубанских станиц.
    Постановление бюро Павловского райкома ВКП(б) от 26 ноября 1932 г. «О проведении репрессивных мероприятий в станице Незамаевской, занесенной на черную доску». …Принято во исполнение постановления крайкома ВКП(б) от 25 ноября 1932 г. в ст. Незамаевской постановлено закрыть все магазины и вывезти все товары; организовать оцепление станицы с целью невыезда жителей; установить суточные задания по хлебовывозу – 150 тонн. А от 17 декабря 1932 г. «о мерах по преодолению саботажа хлебозаготовок в районе». Поручено через аппарат ОГПУ и милицию
    “с привлечением проверенных членов партии” в двухдневный срок еще раз проверить все амбары, склады, сельпо и т.д. и организовать вывоз хлеба; поголовно обыскать всех зажиточных и лишенцев, все обнаруженное зерно сдать немедленно на заготпункты. Предупредить всех колхозников и единоличников ст. Незамаевской о высылке из пределов края. (см. Ф. 1384. Оп. 1.
    Д. 65. Л. 142-144, Строго секретно, 155 – 157).

  2. В это время в Незамаевский курень представлял собой обособленное казачье войско со своими Запорожскими казачьими обычаями и традициями, выборными: куренным атаманом, судьей и писарем, который возглавлял войсковую канцелярию и вел её делопроизводство. Незамаевцы жили и действовали самостоятельно, по общественному разуму громады.
    Iз спогадiв прадiда: всі Ячкули були добрими реестровыми запорожцями в Криловському курені (реестра 1756 рока з мiста Крилова Бугогардинскiй паланки Запорожской Сечi), і всі вони – і прадід Яким, і дід Михайло, і батько Макар, були козаки розумні і письменні, і корисно служили в Криловському, а з 1808 року Незамаевскому курені Черноморського козацького вiйська.

  3. В период второго скрытого геноцида и духовного обворовывания станичников в 1925 году запретили петь казачьи песни, носить казачью форму, крестить детей, отпевать умерших. Разграбили и закрыли церковь, разрушили казачий храм, так убивали Память, а по сути, уничтожали народ, началось «раскулачивание». А Ячкулам «Хотiлося, щоб через вiки дiйшов шелест козацьких знамен, брязкiт козацькоi зброi, промайнув бiй, як блискавка, як межа мiж життям i смертю, мiж минулим i майбутнiм твого народу. Хай же козацькому роду не буде переводу!». И за это, как-то рано утром, «активисты» станицы Незамаевской во главе с ярым поборником казачества и «кулаков» маргиналом Никифором Тимофеевичем Гапотием, Антоном Коломиец ворвались в хату, распугали детвору, объявили о немедленном выселении в Сибирь. Забрав себе все ценные вещи, остатки книг, дорогой рабочий письменный стол отца с мраморной столешницей и дорогим чернильным прибором, выгнали всех из хаты ожидать подводы. Лично Гапотий забрал себе мебель, красивый медный самовар и корову. Но в этот день на всех выселенцев подвод не хватило.

  4. Единственная молотилка в станице Незамаевской была у Никифора Ячкула. В 1930 годы, старший брат Никифора, Сергей, работая в Москве, в министерстве просвещения, предупредил о начале коллективизации и второй волне террора на казачество. Никифор распродал имущество и эмигрировал в Турцию, а в 1956 году возвратился в союз, Краснодар. Работал в начале гл. бухгалтером в ДСУ №1 (1957- 1963 г.г.), затем ревизором по элеваторам в сельхоз отделе г. Краснодара. Служил в церкви.

  5. Мой дед, Алексей Григорьевич Ячкула (Жена – Капуста Гликерия Калиновна (1880)1885-+-28.01.1982 г.г.), был образованным казаком. Имел большую библиотеку, единственный фотосалон в станице Незамаевской, переплетную (восстанавливал книги, накладывал на них оттиски с позолотой), имел оборудование метеостанции и числился внештатным корреспондентом Тифлисской метеостанции, пел в церковном хоре, служил писарем при станичном атамане и работал в банке (вел какую – то документацию). Похоронен в II- III 1917 г. ст. Незамаевской.

  6. Соединив информацию о нападении на жителей станицы Павловской 29 апреля 1918 г. чеченской дивизии (в которой, вероятно, были и казаки Незамаевской) и информацию о трагических событиях на следующий день 30 апреля в Незамаевской, напрашивается вывод: возможно это была месть. Не знаю, насколько правильно предположение. Ссылка на статью http://pav-edin23.ru/2016/07/07/vernost-pobede-trebuet-ot-nas-ne-tolko-torzhestv/#comment-7921

    • Ирина, в настоящее время мы еще готовим публикацию с рассказами потомков и детей тех, кто там похоронен. Даже есть фотография одного из погребенных….

      • У меня тоже есть фото прадеда, убитого 100 лет назад. Комментарий я уже писала к статье двухлетней давности по ссылке http://pav-edin23.ru/2016/07/07/vernost-pobede-trebuet-ot-nas-ne-tolko-torzhestv/ Если нужна информация из биографии, то готова рассказать что знаю.

        • Ирина, если не трудно — напишите.
          Можно – в комментарий к этой статье, может опубликуем и в печатной версии газеты. Тел. для связи 8-86191-52758.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*