![](https://pav-edin23.ru/wp-content/uploads/2021/11/024.jpg)
Первые хаты на реке Поповой появились в середине XIX века. Казаки занимали пустующие участки. Мини-хутора юридически были приписаны к юрту Павловской и подчинялись её решениям. В одном из архивных документов сказано, что «хутора на балке Поповой в 13 верстах от Павловской устроены в 1861 году по ходатайству Павловского станичного общества, и разрешение имеется в Павловском станичном управлении». Первыми обосновались казаки Р. Ляшенко, Р. Гурбич, М. Ильяшенко, К. Гальчун, Ф. Коробейник, Г. Степаненко, И. Лопата, С. Малушко.
Официально населённый пункт на Поповой балке возник из мелких казачьих хуторов позже. В документах от 17 ноября 1882 года сказано, что в войсковое правительство поступило прошение от жителей ст. Павловской Ляха и Степаненко. Посёлок этот стал называться Попова Балка. К тому времени в нём было 19 дворов с числом домов 28, в которых жили 140 человек.
В 1897 году павловчане, стремясь получить лучшие наделы, начали изгонять «попивцив» с насиженных мест. Часть их, не желая ссориться, вернулась в станицу, другие переселились на хутор Девятисотый, а 14 хозяйств остались на месте. В их числе был атаман Анисим Васильевич Ляшенко. Он говорил: «В бараний рог скручу станицу, а хутор оставлю на месте». Павловчане, возмущённые упорством Ляшенко, возбудили ходатайство перед войсковым атаманом о переселении «попивцив» в станицу в административном порядке. Одновременно «попивци» подали жалобу на атамана Гурбича наместнику, поехали в Кущёвскую с магарычом, и судья прикрыл дело.
Но через пару лет всё вновь закрутилось, пошли жалобы. Судья предложил павловскому атаману самому что-то предпринять. Батька собрал человек 50, вооружил их кирками, лопатами, ломами, топорами, и они ночью стали ломать постройки хуторян. Те же упорно защищались. С топорами и вилами стояли на стороне усадеб. Приказы станичного атамана игнорировали, на месте сожжённого имущества строились вновь. «Попивцам» взамен резали или самую худую землю вдоль Кравчинской балки или узкими полосками. Трудно было хуторянам, но не сдавались. В 1909 году из Павловской к ним переселились ещё 40 семей.
Судились двенадцать лет… Характерно, что в то время на хуторе не имелось ни единого грамотного, кто мог бы написать жалобу. Хуторянам помогала случайность. «Попивци» Будко и Лях в трактире встретили неизвестного бродягу. За пол-литра водки тот сочинил жалобу. Войсковой атаман Кармалин удовлетворил её. Дело дошло до Санкт-Петербурга. От хуторян ездили двое. Одним из них был Иван Гаврилович Коробейник. Правительственный сенат решил вопрос частично в пользу павловчан. Самозахваченные наделы были отобраны. Но хутор решили не разорять: «Пусть живут, разводят сады и скот». А так как местные настойчиво отстаивали правое дело, то по предложению выборного Пархоменко назвали хутор Упорным. И с 1913 года гордое имя появилось в документах официально. Сенат приказал отделить хутор от Павловской и организовать там правление, построить школу. К этому времени в населённом пункте было 160 дворов и 475 жителей. В 1927 году уже числилось 245 хозяйств и 1294 жителя.
…Всех событий не описать за 160 лет. В разную пору упорненцы прославляли малую родину трудовыми достижениями, боевыми подвигами на фронтах. И сегодня хутор хорошеет благодаря его жителям.